«Создание сайтов в Липецке»

Подвиг

Музей Флёрова

Смоленщина… Край лесов, песен и льна.
Земля, обильно политая кровью. Начиненная металлом, она и по сей день звенит в наушниках миноискателей. О войне здесь напоминают даже помеченные снарядами стволы красавиц – берез и, памятники на братских могилах, на местах заживо сожженных. По сей день, на обугленных участках земли не растут деревья.

Здесь, в десяти метрах от автомобильной трассы, которая пролегла по Угранскому району, шестого октября состоялось торжественное перезахоронение найденных следопытами останков Героя России Ивана Андреевича Флерова и шестнадцати солдат и офицеров его гвардейской батареи.

Жители рабочего поселка Угра, расположенного в двухстах сорока километрах от города-героя Смоленска, свято хранят память о защитниках «земли русской». Гордостью угранцев считается дом-музей «Катюша», построенный по проекту и на средства автора знаменитой песни. Это большое деревянное здание с актовым залом на триста мест и тремя комнатами. В них находятся фотографии, личные вещи, письма и документы М.В. Исаковского. Экспонаты позволяют проследить историю создания песни-легенды. Сохранился документ военных лет. Немецкое командование предлагало населению выдать людей, поющих «Катюшу», в награду обещаны три тысячи марок, картофель и соль. Но песня жила, ее помнили и пели, она вселяла веру в Победу.

Нет единой уверенной версии почему реактивные миномёты БМ-13 стали именоваться «катюшами», существует несколько предположений.

  • По названию ставшей популярной перед войной песни Блантера на слова Исаковского «Катюша». Версия не очень убедительная, поскольку с ходу не прослеживается прямой взаимосвязи (почему бы тогда не назвать «катюшей» сорокапятку или полуторку?), но, тем не менее, песня, вероятно, стала катализатором названия под влиянием других причин.
  •  По сокращению «КАТ» — есть версия, что полигонщики именно так называли БМ-13 — «Костиковские автоматические термические» (по другому источнику — «… артиллерийские термические»), по фамилии руководителя проекта, Андрея Костикова (правда, учитывая секретность проекта, возможность обмена информацией между полигонщиками и фронтовиками сомнительна).
  •  Ещё один вариант, что название связано с индексом «К» на корпусе миномёта — установки выпускались заводом имени Калинина (по другому источнику — заводом имени Коминтерна). А фронтовики любили давать прозвища оружию. Например, гаубицу М-30 прозвали «Матушкой», пушку-гаубицу МЛ-20 — «Емелькой». Да и БМ-13 поначалу иногда именовали «Раисой Сергеевной», таким образом, расшифровывая сокращение РС (реактивный снаряд)
  •  Четвёртая версия предполагает, что именно так окрестили эти машины девушки с московского завода «Компрессор», работавшие на сборке.
  •  Ещё одна, экзотичная версия. Направляющие, на которые устанавливались снаряды, назывались скатами. Сорокадвухкилограммовый снаряд поднимали два бойца, впрягшиеся в лямки, а третий обычно помогал им, подталкивая снаряд, чтобы он точно лёг на направляющие, он же сообщал державшим, что снаряд встал-закатился-накатился на направляющие. Его то, якобы, и называли «катюшей» (роль державших снаряд и закатывающего постоянно менялась, так как расчёт БМ-13, в отличие от ствольной артиллерии, не был в явном виде разделён на заряжающего, наводящего и др.)
  •   Следует также отметить, что установки были настолько засекречены, что даже запрещалось использовать команды «пли», «огонь», «залп», вместо них звучали «пой» или «играй», что, возможно тоже было связано с песней «Катюша». Да и для пехоты залп «катюш» был самой приятной музыкой.
  •  Есть версия о том, что первоначально прозвище «катюша» имел фронтовой бомбардировщик, оснащенный реактивными снарядами – аналогом М-13. И прозвище перескочило с самолета на ракетную установку через снаряды.
  •  Но не только в песне жила Катюша, ее именем народ ласково назвал грозное оружие, наводящее ужас на врага. Это были реактивные гвардейские минометы, которые впервые и были применены в июле 1941 г. в районе г. Орша Смоленской области. Батареей командовал капитан И.А. Флеров. Эти факты, соединяющие в единое целое судьбу песни, историю создания мощного оружия, имя капитана Флерова, стали для меня настоящими открытиями. Теперь, слушая песню «Катюша», я всегда представляю не только цветущие сады, удалых бойцов, но и судьбу офицера Советской Армии.

    Музей Флёрова

     В сентябре, когда начинаются занятия первое что делают в училище № 23 – обязательно посещают музей И.А. Флерова. Здесь к нему особое уважение: имя героя связано с Липецкой землей, и с самим училищем. Соприкосновение с этой личностью помогает ощутить каждому связь истории малой родины с великой историей русского народа. Идут года. Молодежь уже не знает, кто такой И.А. Флеров. Узнать об этом человеке – нашем земляке – сохранить это имя в памяти людской, чтобы не кануло оно в безвестность, – такую цель поставили перед собой четверть века назад работники училища, взявшись за организацию музея.

     С чего начали в училище создавать музей? Идея поисковой работы в училище по сбору материалов о жизни, боевом пути капитана Флерова И.А. принадлежит зам.дирекора по УВР Перевенденцеву С.Н. и секретарю комитета ВЛКСМ Ярикову Ю.Н. В училище был создан клуб «Поиск». Заинтересованная группа преподавателей и учащихся нашли сослуживцев Флерова, написали письма в архивы, военную академию…

     Шло время, накапливался интересный, богатый материал. Особенно много привезли ребята из поездки в Смоленск. В этом им помог тракторный завод – оплатил путевки для целой группы ребят и преподавателей. За пять дней клуб «Поиск» проехал по всему боевому пути батареи Флерова, в деревнях Богатырь и Шубки встретились с местными жителями, привезли их воспоминания о последних боях и гибели флеровцев. В смоленском краеведческом музее поделились с липчанами экспонатами для будущего музея: саперной лопаткой, снарядами, стволами минометов и автоматов. Остатками взорванной установки БМ – 13, солдатской каской. Все это было найдено у деревни Богатырь. Среди реликвий, привезенных со Смоленщины, была и земля, взятая с места первого боя батареи у деревни Шубки.

     Переполненные впечатлениями, нагруженные экспонатами, вернувшись домой, ребята обратились к сотрудникам Липецкого краеведческого музея за помощью: как лучше обработать собранный материал, разместить его, оформить стеллажи. Пригласили художника – и работа закипела.

     На стендах старые фотографии, пожелтевшие вырезки из газет, макет легендарной «Катюши». Создатели музея не гонятся за эффектными декорациями, в них нет необходимости. От простых, строгих экспонатов исходит скрытая теплота патриотизма. Каждый документ, каждая вещь – свидетельство воинского подвига и силы человеческого духа.

     Вот портрет Ивана Андреевича Флерова. С картины на нас смотрит высокий строгий, подтянутый офицер. Поражает его одухотворенное лицо. В нем и непреклонная убежденность в правоте дела, которому служит, и сильная воля, что сделает его способным на самопожертвование в час испытаний. Рядом с фотографией Флерова нельзя быть легкомысленным, развязным. Хочется быть требовательным к себе.

     На следующей фотографии бывшие товарищи. В их лицах отразилось и жизнелюбие, и готовность идти в бой, и вера в Победу. Когда всматриваешься в портреты военных лет, невольно содрогаешься, понимая, что этих сильных мужественных людей унесла, покалечила война.

     И все же их образы рождают не уныние, а вопрос: «Каковы они, истинные, жизненные ценности? Что есть то великое, ради чего человек идет на гибель? Судьба Флерова И.А. ясный и емкий ответ. Родина, ее народ - вот ценность ради которых живет и умирает человек.

    Изучая факты биографии И.А. Флерова, по – новому осознаешь понятие «родина» тебе становится дорого и место твоего рождения, и неизвестное ранее село Богатырь на Смоленской земле.

     И.А. Флеров – наш земляк, который в 1926 – 1930 гг. учился и преподавал в Липецкой профшколе, на базе которой, после различных преобразований, было основано наше училище.

     В 1932 г. в жизни молодого Флерова произошли большие изменения. Он уехал из Липецка навсегда связал свою судьбу с Красной Армией, став ее кадровым командиром. Участвовал в советско-финляндской войне. С начала Великой Отечественной войны многократно возросла потребность в новой боевой технике. К делу освоения многих видов вооружений привлекались наиболее талантливые специалисты различных родов войск.

    В 1939 – 1940 годах старший лейтенант Флеров командовал артиллерийской батареей. В феврале 1940 года попав в окружение на советско-финской войне, И.А. Флеров написал жене: «Валя! Может больше не увидимся. Последняя просьба к тебе – воспитай сына честным, правдивым и преданным Родине. Пусть ему всю жизнь дорога будет память об отце. Прощай!

     За героизм и боевое мастерство его наградили орденом Красной звезды. Вскоре исполнилась его давняя мечта – он стал слушателем Военной артиллерийской Академии имени Ф.Э. Дзержинского.

     На шестой день Великой Отечественной войны И.А. Флерова вызвали в главное артиллерийское управление советской армии. Здесь ему зачитали приказ Народного комиссара обороны: капитан Флеров И.А. назначается командующим Отдельной экспериментальной артиллерийской батареи РТК. Он был доволен такому повороту событий. Рапорт с просьбой отправить его на фронт написал еще 22 июня. В дни величайшей опасности нависшей над страной, он не представлял себе иного места, кроме службы в действующей армии.

     Еще в марте 1941 проведены успешные полигонные испытания реактивного миномета БМ-13 «Катюша». 15.06.1941 на артиллерийском полигоне под Москвой состоялся показ высшему командованию Красной Армии реактивных минометов БМ-13 «Катюша».

     Уже в первой половине XIX века ракеты довольно широко использовались в европейских армиях (ракеты В. Конгрева, А. Засядко, К. Константинова и другие). Увы, боевое применение ракет было ограничено их огромным рассеиванием. Поначалу для их стабилизации использовались длинные шесты из дерева или железа – «хвосты».

     Но эффективны такие ракеты были лишь для поражения площадных целей. Так, к примеру, в 1854 году англо-французы с гребных барказов обстреливали ракетами Одессу, а русские в 50–70-х годах XIX века – среднеазиатские города. Но с введением нарезных орудий пороховые ракеты становятся анахронизмом, и между 1860–1880 годами они снимаются с вооружения всех европейских армий (в Австрии – в 1866 году, в Англии – в 1885-м, в России – в 1879-м). В 1914 году в армиях и флотах всех стран остались лишь сигнальные ракеты. Тем не менее, русские изобретатели постоянно обращались в Главное артиллерийское управление (ГАУ) с проектами боевых ракет. Так, в сентябре 1905 года Артиллерийский комитет отклонил проект фугасной ракеты. Боевая часть этой ракеты была начинена пироксилином, а в качестве топлива использовался не черный, а бездымный порох. Причем молодцы из ГАУ не пытались даже проработать интересный проект, а отмели его с порога. Любопытно, что проектантом был… иеромонах Кирик. Лишь в ходе Первой мировой войны возродился интерес к ракетам. Основных причин этому три.

     Во-первых, были созданы медленногорящие пороха, что позволило резко увеличить скорость полета и дальность стрельбы. Соответственно с увеличением скорости полета появилась возможность эффективно использовать крыльевые стабилизаторы и улучшить кучность стрельбы.

     Вторая причина: необходимость создания мощного оружия для аэропланов Первой мировой войны – «летающих этажерок». И, наконец, самая главная причина – ракета лучше всего подходила в качества средства доставки химического оружия.

     В 1921 г разработчики Н. И. Тихомиров, В. А. Артемьев из газодинамической лаборатории (ГДЛ) приступили к разработке реактивных снарядов на бездымном порохе.

     В 1929- 33 г Б. С. Петропавловский при участии Г. Э. Лангемака, Е. С. Петрова, И. Т. Клейменова и др. в ГДЛ проводили разработку и официальные испытания реактивных снарядов различных калибров — прототипов снарядов для «катюши». Для их запуска использовали многозарядные авиационные и однозарядные наземные пусковые станки.

     Группа разработчиков Реактивного института (РНИИ) под руководством Г. Э. Лангемака, при участии В. А. Артемьева, И. Т. Клейменова, Ю. А. Победоносцева, Л. Э. Шварца и др. проводили окончательную отработку реактивных снарядов.

     В 1937—1938 эти реактивные снаряды были приняты на вооружение военно-воздушными силами СССР.

     Реактивные снаряды РС-82 устанавливали на истребителях И-15, И-16, И-153, а позже — на штурмовиках Ил-2; созданные впоследствии РС-132 — на бомбардировщиках СБ и штурмовиках Ил-2.

     Летом 1939 авиационные реактивные снаряды РС-82, смонтированные на самолётах-истребителях И-16 и И-153, успешно применялись в боях на Халхин-Голе.

     В 1938-41 в РНИИ И. И. Гвай, В. Н. Галковский, А. П. Павленко, А. С. Попов и В. Н. Бармин – главный конструктор, создали многозарядную пусковую установку, смонтированную на грузовом автомобиле.

     26 июня 1941 года на заводе имени Коминтерна в Воронеже была завершена сборка первых двух серийных пусковых установок БМ-13 на шасси ЗИС-6, и тут же приняты представителями Главного артиллерийского управления. На следующий день установки были отправлены своим ходом в Москву, где 28 июня после успешно проведённых испытаний были объединены вместе с пятью изготовленными ранее в РНИИ установками в батарею для отправки на фронт. Производство установок БМ-13 было организовано на воронежском заводе им. Коминтерна и на московском заводе «Компрессор». Одним из основных предприятий по выпуску реактивных снарядов стал московский завод им. Владимира Ильича.

     В ходе войны были созданы различные варианты реактивного снаряда и пусковых установок: БМ13-СН (со спиральными направляющими, что значительно увеличивало точность стрельбы), БМ8-48, БМ31-12 и др.

     Улучшенная модификация БМ-13Н была создана в 1943 году и до конца Второй мировой войны было изготовлено около 1800 таких орудий.

     В 1942 году появились снаряды М-31 калибра 310 мм, которые изначально запускались с наземных установок. В апреле 1944 года под них создали самоходную установку с 12 направляющими, монтировавшуюся на шасси грузовой автомашины. Она получила название «БМ-31-12».

     Советская промышленность в июле 1941- декабре 1944 изготовила около 30 тыс. боевых машин «катюша» и свыше 12 млн штук реактивных снарядов к ним (всех калибров). Первые машины изготовлялись на базе отечественных шасси (всего около 600 штук — почти все, за исключением единиц, были уничтожены в боях), после начала «ленд-лизовских» поставок, основным шасси для БМ-13 (БМ-13Н) стал американский грузовик «Студебеккер» (Studebacker-US6) — около 20 тыс. автомобилей было поставлено США для нашей «боевой девушки».

    Реактивными системами БМ-13 и БМ-8 в первую очередь были вооружены гвардейские миномётные части, входившие в состав артиллерии резерва Верховного Главнокомандования. Поэтому «катюши» иногда неофициально называли «гвардейскими.

     Оружие относительно простое, состоящее из направляющих рельсов и устройства их наведения. Для наводки были предусмотрены поворотный и подъёмный механизмы и артиллерийский прицел. В задней части машины находились два домкрата, обеспечивающие большую устойчивость при стрельбе.

    Ракета представляла собой сварной цилиндр, поделённый на три отсека — боевую часть, топливную и реактивное сопло. Одна машина вмещала от 14 до 48 направляющих. Снаряд РС-132 для установки БМ-13 был длиной 1,8 м, 132 мм в диаметре и весил 42,5 кг. Твёрдая нитроцеллюлоза находилась внутри цилиндра с оперением. Запуск производился электрически. Внутри кабины находился пульт управления огнём с рукояткой, соединённый с аккумуляторной батарей и контактами на направляющих. При повороте рукоятки замыкался один из контактов и срабатывал пиропатрон в одном из снарядов.

    Вес боеголовки — 22 кг. Дальнобойность — 8,5 км. Снаряд М-31 для установки БМ-31 был 310 мм в диаметре, он весил 92,4 кг и содержал 28,9 кг взрывчатки. Дальнобойность — 13 км продолжительность залпа у БМ-13 (16 снарядов) — 7-10 сек., у

     БМ-8 (24-48 снарядов) — 8-10 сек.; время заряжания — 5-10 мин.; у БМ-31-21 (12 направляющих) — 7-10 сек. и 10-15 мин.

     В отличие от немецкого Nebelwerfer, предоставляет собой площадное оружие низкой точности с большим разбросом снарядов по местности. Вследствие этого точные удары, как у Nebelwerfer, наносить было бессмысленно. При вдвое меньшем, чем у ракеты Небельверфера заряде ВВ поражающее воздействие на небронированную технику и живую силу было намного сильнее, чем у Небельверфера. Это достигнуто путём увеличения газового давления взрыва из-за встречного движения детонации. Подрыв ВВ осуществлялся с двух сторон (длина детонатора была лишь немного меньше длины полости для ВВ) и когда две волны детонации встречались, то газовое давление взрыва в месте встречи резко возрастало. Вследствие этого осколки корпуса имели значительно большее ускорение и разогревались до 600—800 °C и имели хорошее зажигающее действие. Именно поэтому возникла легенда о «термитном заряде» в боеприпасах «Катюш».

     С момента появления реактивной артиллерии (РА), её подразделения находились в подчинении Верховного Главного Командования. Они использовались для усиления стрелковых дивизий, оборонявшихся в первом эшелоне, что существенно увеличивало их огневую мощь и повышало устойчивость в оборонительном бою. Требования к применению нового оружия — массированность и внезапность — нашли отражение в Директиве Ставки ВГК № 002490 от 1 октября 1941 г. В период битвы за Москву из-за тяжелой обстановки на фронте командование вынужденно было использовать реактивную артиллерию подивизионно. Но уже к концу 1941 года количество реактивной артиллерии в войсках значительно возросло и достигало 5-10 дивизионов в составе армий, действовавших на главном направлении. Управление огнем и маневром большого числа дивизионов, а также снабжение их боеприпасами и другими видами довольствия стало затрудняться.

     По решению Ставки в январе 1942 года было начато формирование 20 гвардейских минометных полков. «Гвардейский минометный полк (ГМП) артиллерии Резерва Верховного Главного Командования (РВГК)» по штату состоял из трех дивизионов трехбатарейного состава. Каждая батарея имела четыре боевые машины. Таким образом залп только одного дивизиона из 12 машин БМ-13-16 ГМП (директива Ставки № 002490 запрещала использование РА в количестве менее дивизиона) по силе мог сравнится с залпом 12 тяжелых гаубичных полков РВГК (по 48 гаубиц калибра 152 мм в полку) или 18 тяжёлых гаубичных бригад РВГК (по 32 гаубицы калибра 152 мм в бригаде). Немаловажен был и эмоциональный эффект: во время залпа все ракеты выпускались практически одновременно — за несколько секунд территорию в районе цели буквально перепахивали реактивные снаряды. Мобильность установки позволяла быстро сменять позицию и избегать ответного удара противника.

     17 июля 1942 года в районе села Налючи раздался залп 144 пусковых рам-станков, оснащённых 300-мм реактивными снарядами. Это было первое применение несколько менее знаменитого родственного оружия — «Андрюши».

     В июле-августе 42-го «катюши» (три полка и отдельный дивизион) были основной ударной силой Подвижной Механизированной группы Южного фронта, на несколько дней сдержавшей наступление 1-ой танковой армии немцев к югу от Ростова. Это отражено даже в дневнике генерала Гальдера: «возросшее сопротивление русских южнее Ростова»

    В августе 1942 года в городе Сочи в гараже санатория «Кавказская Ривьера» под руководством начальника подвижной ремонтной мастерской № 6 военного инженера III ранга А.Алферова был создан переносной вариант установки на базе снарядов М-8, получивший впоследствии название «горная катюша». Первые «горные катюши» поступили на вооружение 20-й Горнострелковой дивизии и были применены в боях на Гойтхском перевале. В феврале – марте 1943 года два дивизиона «горных катюш» вошли в состав войск, оборонявших легендарный плацдарм на Малой земле под Новороссийском. Кроме этого в Сочинском паровозном депо были созданы 4 установки на базе дрезин, которые использовались для защиты города Сочи с берега. Восемью установками был оборудован тральщик «Скумбрия», который прикрывал десант на Малую землю.

    В сентябре 43-го маневр «катюш» вдоль линии фронта позволил осуществить внезапный фланговый удар на Брянском фронте. В результате немецкая оборона оказалась «свернута» в полосе целого фронта – 250 километров. Во время артподготовки было израсходовано 6000 реактивных снарядов и лишь 2000 ствольных.

    Cистемы залпового огня применили немцы 22 июня 1941 года под Брестом. «И вот стрелки показали 03.15, прозвучала команда «Огонь!», и начался дьявольский танец. Заходила ходуном земля. Девять батарей 4-го полка минометов специального назначения тоже внесли свой вклад в адскую симфонию. За полчаса 2880 снарядов со свистом промчались над Бугом и обрушились на город и крепость на восточном берегу реки. Тяжелые 600-мм мортиры и 210-мм орудия 98-го артиллерийского полка обрушивали свои залпы на укрепления цитадели и поражали точечные цели – позиции советской артиллерии. Казалось, от крепости камня на камне не останется». Так историк Пауль Карель описал первое применение 15-см реактивных минометов. Кроме того, немцы в 1941 году использовали тяжелые 28-см фугасные и 32-см зажигательные турбореактивные снаряды. Снаряды были надкалиберные и имели один пороховой двигатель (диаметр двигательной части 140 мм).

     28-см фугасная мина при прямом попадании в каменный дом его полностью разрушала. Мина успешно разрушала укрытия полевого типа. Живые цели в радиусе нескольких десятков метров поражались взрывной волной. Осколки мины летели на дистанцию до 800 м. Головная часть содержала 50 кг жидкого тротила или амматола марки 40/60. Любопытно, что и 28-см, и 32-см германские мины (ракеты) транспортировали и запускали из простейшей деревянной укупорки типа ящика.

    Первое же применение «Катюш» состоялось 14 июля 1941 года. Батарея капитана Ивана Андреевича Флёрова произвела из семи пусковых установок два залпа по железнодорожной станции Орша. Появление «Катюши» явилось полной неожиданностью для руководства Абвера и Вермахта. Главное командование сухопутных сил Германии 14 августа оповещало свои войска: «Русские имеют автоматическую многоствольную огнеметную пушку… Выстрел производится электричеством. Во время выстрела образуется дым… При захвате таких пушек немедленно сообщать». Через две недели появилась директива, озаглавленная «Русское орудие, метающее ракетообразные снаряды». В ней говорилось: «…Войска доносят о применении русскими нового вида оружия, стреляющего реактивными снарядами. Из одной установки в течение 3–5 секунд может быть произведено большое число выстрелов… О каждом появлении этих орудий надлежит донести генералу, командующему химическими войсками при верховном командовании, в тот же день».

    За три месяца пребывания на фронте батарея полевой реактивной артиллерии под командованием Флерова нанесла гитлеровцам огромный урон. В ставку Гитлера летели сочные донесения: «русские применили многоствольную огневую пушку, у русских появилось невиданное оружие… На том месте, где лег его залп, мгновенно плавится железо и горит земля».

    Гитлеровское командование издало специальную директиву, в которой потребовало любой ценой заполучить «русские ракетные орудия». Началась настоящая охота за батареей Флерова. Применяя военную хитрость, искусно маскируясь, гвардейцы уходили от врага. Так было до октября 1941 года.

    Вечером этого дня батарея попала в засаду, устроенную фашистами у деревни Богатырь, что на Смоленщине. С двух сторон на окруженную врагом батарею обрушились пули и снаряды врага. Тяжело раненный Флеров успел скомандовать: «Установки – назад! Дать залп!» В то же мгновение сорвались снаряды и с гулом полетели в сторону гитлеровцев. И вслед за этим прозвучал оглушительный взрыв – Флеров вместе с собой взорвал головную установку. Сдержал свою клятву И.А. Флеров, данную на Бородинском поле, ни при каких обстоятельствах не отдавать врагу новую боевую технику. Ценой своей жизни батарейцы не позволили врагу захватить секретное оружие.

    Судьба Флерова – это пример гражданского мужества, проявление тех качеств, благодаря которым Русь с древних времен одерживала победу над завоевателями. Кажется, что сама земля дала герою силу богатыря, того, в честь которого по преданию была названа деревня, ставшая местом гибели И.А. Флерова. Передала Смоленщина советскому воину и силу духа тех, кто защищал Россию от нашествия Наполеона и сделал еще в 1812 году Бородинское поле – полем русской славы. Продолжили «цепь великую», встав в один ряд с русскими богатырями, которые, которые почитали защиту родины святым долгом. Как и они, Флеров смог с честью пройти все испытания войны – «противного человеческой природе события». Перед лицом смерти он предстает таким, каков он был на самом деле. Война проверила глубину его убеждений, его гражданскую стойкость. Капитан Флеров с честью принял смерть, не отрекаясь от своих убеждений. Он до последнего дыхания остался верным долгу человека и гражданина.

    Благодаря собранным в музее воспоминаниям, мы слышим рассказ бойцов о том, что по своему составу батарея капитана Флерова была многонациональна. В ней сражались плечом к плечу русские, украинцы, чуваши, белорусы, казахи. За короткий срок батарея стала дружным коллективом. Важную роль в сплочении личного состава сыграла систематическая воспитательная работу, которую проводил с бойцами капитан Флеров.

    Батарею объединяли не только общие цели и трудности фронтового быта, но и в значительной мере, и личность самого командира: его постоянный, дружелюбный тон по отношению к каждому батарейцу, справедливость в решении любых вопросов, личное мужество и решительность, разумная требовательность, сочетающаяся с уважительным и заботливым отношением к подчиненным.

    Бывший шофер транспортной машины батареи В.Г. Аргунов сообщает в письме: «Товарищ Флеров был спокойным, ни разу ни на кого не крикнул грубо, всегда скажет, объяснит, что не ясно».

    Бывший командир 4-й боевой установки батареи сержант И.Н. Конов написал: «И.А. Флеров всегда считался с мнением своих подчиненных, советовался с ними, хорошо знал, чем дышит и живет каждый».

    Благодаря таланту командира, батарея была способна в самой тяжелой обстановке точно и в срок выполнить любое боевое задание. Она не раз выручала наши части из затруднительных положений, в которых они оказывались.

    Командование Западного фронта, в ведении которого с самого начала находилась батарея капитана Флерова, перебрасывала ее на те участки, где назревала большая опасность. А положение наших войск в то время, было очень тяжелым. Имея огромное превосходство в танках и самолетах, гитлеровцы после взятия Минска наступали на Смоленск. И вот в этих тяжелейших условиях батарея под командованием Флерова проявила подлинную Воинскую доблесть. Умело маневрируя и сохраняя себя от вражеской артиллерии и авиации, батарея всегда с честью выполняла задачи, поставленные перед ней командованием. Своими залпами в районе деревни Рыжково по скоплению фашистских войск, пытавшихся овладеть Соловьевской переправой под Ельней, батарея сыграла немалую роль в развитии первого контрнаступления советских войск на Западном фронте.

    За три месяца боевых действий в районах Орши, Рудни, Смоленска, Спас-Деменска батарея И.А. Флерова произвела десятки сокрушительных залпов, наносивших огромные потери фашистским войскам, сеявшим в их рядах панику.

    В ноябре 1941 года формирование попало в засаду. Можно было вырваться, но без установок. Капитан Флеров ранен в лицо и грудь, он захлебывается кровью, но что-то большее, чем боль и страх за свою жизнь, толкает его из кабины. У него остается всего несколько минут жизни. Но верный Родине, присяге, лично взрывает головную машину с установкой и снарядами. Следом раздались другие взрывы. Погибли герои, но тайна не досталась врагу.

    Место гибели батареи у деревни Богатырь

    Больше 20 лет о боевом пути и обстоятельствах гибели гвардии капитана Флерова ничего не было известно. Сам он числился без вести пропавшим, как и многие его подчиненные, павшие смертью храбрых в бою у деревни Богатырь. В результате двухлетних поисков полковником Н.М. Афанасьевым удалось полностью восстановить боевой путь батареи, разыскать 24 воинов батареи, жену и сына И.А. Флерова, также ничего не знавших о судьбе близкого им человека.

    Память народа о советском офицере была отмечена и правительственной наградой.

    Указом президиума Верховного Совета СССР от 14 ноября 1963 г. И.А. Флеров посмертно был награжден орденом Отечественной войны 1-й степени. Звание Героя посмертно ему не дали, ведь тело Флерова не нашли…

    19 ноября 1963 года в Центральном музее Вооруженных Сил СССР в торжественной обстановке генерал-майор артиллерии Д. З. Воробьев от имени Президиума Верховного Совета СССР вручил награду жене и сыну капитана Флерова И.А. Валентине Трофимовне и Юрию Ивановичу Флеровым, которые предали орден на вечное хранение Центральному музею Вооруженных Сил СССР, открывшему постоянную экспозицию для увековечения памяти пионеров реактивной артиллерии.

    В 1995 г. накануне того дня, когда погиб И.А. Флеров поисковая группа ребят роют шурфы и находят: Здесь! Флерова опознали по знакам отличия.

    У деревни Богатырь Смоленской области, на месте последнего боя батареи, в 1964 г. установлен памятник, на котором высечена в граните надпись:
    «Доблестным воинам первой в Советской армии батареи реактивной артиллерии, и ее командиру Флерову Ивану Андреевичу, геройски погибшим в боях за Родину в 1942 г.»

    Открытие памятника Флерову в д. Шубки

    Его именем названы улицы в городах Липецке, Грязи, Орше, Балашихе. Его имя присвоено центральной площади в с. Двуречки, где родился и вырос герой. Здесь открыт музей знаменитого земляка.

    А в нашем училище с 1984 г. учащиеся и сотрудники проводили легкоатлетические пробеги от порога училища до села Двуречки, где установлен скромный обелиск в честь подвига земляка. В этих пробегах принимали участие не только учащиеся училища, но и ребята из средних школ жилого района. Так, через годы, через поколения, проходит память о нашем героическом прошлом, о тех, кто защищал страну в грозные годы войны.

    В музей училища мы приходим в самых торжественных случаях. В канун праздника Победы, во время постоянных встреч с ветеранами Великой Отечественной войны и тружениками тыла.

    Я с большим интересом занимался исследованием создания музея И.А. Флерова, героя России, потому что я – правнук участника Великой Отечественной войны.

    Мой прадед Мыльников Петр Дмитриевич воевал на территории Смоленской области. В июне 1941 г. он добровольцем ушел на фронт. С ним ушел на фронт сосед по дому 18-летий Саша Гужов. Вместе они по фронтам прошли до Смоленска. Воевали они в разведке. В районе с. Всходы и с. Баскаковка шли ожесточенные бои. Там проходила линия фронта. Они в лесу вырыли блиндаж и оттуда наблюдали за передвижением немецких войск, передавали сведения в штаб наших. После налета немецких самолетов, все поле было усеяно трупами. Петр с Сашей собирали еще живых и прятали их в стогах сена, потому что были уже морозы. Деревни были заняты немцами. Фашисты подтягивали войска, готовились развернуть нападение. В это время прадед с Сашей смогли захватить немецкую разведчицу. Она рассказала, что на это поле должны посадить самолеты с десантом. Она выдала много секретных данных о передвижении немецких подразделений. Ночью прадед заминировал поле, а на рассвете начали садиться самолеты, два взорвались, а остальные развернулись и улетели.

    В сентябре 1942 г. на Смоленщине шли ожесточенные бои. Очень много по-гибло не только солдат, но и мирного населения, деревни сжигали вместе с детьми. Мой прадед погиб 28 сентября 1942 г. недалеко от деревень Всходы и Баскаковка в 150 км от Смоленска. Прадеда похоронил его друг. Он и привез все документы и рассказал как они воевали.

    Захоронение неизвестных солдат на «Поле памяти» (из личного архива)

    Памятник погибшим солдатам в д. Всходы Смоленской обл. Здесь похоронен мой прадед Мыльников П. Д. (из личного архива)

    Я горжусь своим прадедом и такими героями как И.А. Флеров, которые отдали свою жизнь, чтобы я жил!
    Их подвиг помогает нам понять и почувствовать, что завершилась самая страшная в истории война, которая острым беспощадным клином поразила каждую семью, оставив незаживающие физические раны – потерю родных, близких, любимых.
    Зарубцевала свои раны земля, там, где когда-то были окопы и воронки, коло-сится пшеница. И все каждый человек, живущий в наше время, должен быть благодарен таким людям, как Флеров, за то, что они сражались, до последнего, отдавали свои жизни, создавали для нас будущее.

    Светлеют на граните имена,
    Их дождь не смоет, время не состарит,
    Ракета в космос, в мир устремлена,
    Кремлевской башней высится на страте.
    Первоисточник этой красоты,
    Начало штурма внеземных просторов –
    Окраина деревни Богатырь,
    Где смерть поправ,
    Ушел в бессмертье Флеров.

    Е Долматовский